Безусловно,
крупнейшим (как в этом году, так и в посткризисный период
вообще) станкостроительным событием мирового значения стала
прошедшая в Ганновере выставка ЕМО-2011. Глобальный успех ЕМО
подтверждают не только доказанный участниками и гостями факт
преодоления негативных тенденций развития, но и упрямая
статистика. Достаточно сказать, что только по предварительным
расчетам в течение шести дней работы выставки были заключены
новые контракты на сумму не менее 4,5 млрд евро. Об успехах
ЕМО-2011 и основных тенденциях развития отрасли в эксклюзивном
интервью «Промышленному еженедельнику» рассказывает генеральный
комиссар выставки ЕМО д-р Детлеф Эльсингхорст.
— Господин Эльсингхорст, как вы оцениваете ЕМО, которая в
очередной раз прошла в Ганновере?
— Прошедшую выставку я оцениваю очень высоко. Понятия ЕМО и
Ганновер теперь практически неразлучны. Я хочу особо
подчеркнуть, что международные форумы ЕМО проводятся именно в
Ганновере, на выставочной площадке Deutsche Messe не случайно.
Во-первых, второй такой выставочной площадки в мире просто нет.
Во-вторых, здесь прекрасная атмосфера и всем удобно.
Теперь — о самой выставке ЕМО. Могу сказать, что практически все
ведущие мировые фирмы, работающие в области металлообработки,
были представлены на ЕМО-2011 во всей своей красе. И это было
очень показательно.
— В каком смысле?
— В глобальном экономическом смысле. Мы считаем, что станки -
это основа всего машиностроения. Без станкостроения и
металлообработки фактически не обходится ни одна индустриальная
отрасль. Производство фактически любого промышленного продукта
связано со станками. Поэтому от того, в каком состоянии
находится национальное станкостроение, зависит в целом развитие
экономики любой страны. Поэтому здесь можно по каждой стране
составить четкое представление, насколько успешно развивается ее
промышленность и экономика в целом.
— Насколько высоки бизнес-результаты выставки, как вы
думаете?
— Результаты огромны. Если вы ходили по выставке, то вы видели:
стенды кипели работой, большое количество посетителей. Причем
как свидетельствуют наши опросы экспонентов, посетители
приходят, как правило, с конкретными проектами, с конкретными
запросами и с конкретными инвестиционными идеями. То есть, они
приехали на выставку с конкретным желанием купить оборудование.
Поэтому мы уверены, что ЕМО-2011 также создаст дополнительный
импульс для развития оборудования, расширения инвестиций,
повышения качества.
— Была ведь и масштабная деловая программа?
— Конечно. ЕМО всегда сопровождает очень мощная деловая
программа с огромным количеством дискуссий, презентаций, круглых
столов, семинаров и т.д., и все это идет параллельно с
выставкой. Мы говорим о новых тенденциях развития отрасли, об
основных векторах развития технологий, о наиболее перспективных
направлениях инвестиций и т.д. Причем, мы ведем дискуссии как на
экономические, так и на политические темы.
Одной из важнейших стала тема продвижения на новые рынки.
Средним предприятиям нужна и политическая, и экономическая
помощь для того, чтобы выходить на рынки других стран и
завоевывать на них определенные ниши. Поэтому германские
предприятия, не только из области станкостроения, с
благодарностью отозвались на наше предложение поговорить о
перспективах продвижения в том числе на российском рынке. Мы
пригласили экономистов, финансистов, экспертов по российскому
рынку. Были очень интересные дискуссии на тему, каким мы видим
будущее российского рынка и как работать на этом рынке.
— Эта выставка в чем-то превзошла докризисный уровень?
— Мне, как руководителю выставки, очень приятно и радостно
видеть, как шагнуло вперед германское станкостроение. В 2007
году проходило крупнейшее ЕМО за все годы его существования.
Наша отрасль была на подъеме, да и смежные индустрии, которые
покупают оборудование, тоже находились тогда на пиках своего
развития. Потом мировой кризис отбросил промышленность. Конечно,
мы с большими надеждами ожидали выставку ЕМО этого года, чтобы
понять, что происходит в отрасли. С большим удовлетворением мы
установили, что ЕМО-2011 по всем показателям сравнялась с
выставкой 2007 года. Это подтверждает и отличное настроение
наших экспонентов, многие из которых даже говорят, это эта ЕМО
была для них заметно более удачной, чем в 2007 году. Понятно,
что в период кризиса наблюдался вынужденный перерыв в
инвестициях, поэтому сегодня многие наверстывают упущенное. Но в
целом можно сказать так: мы очень довольны, в этом году выставка
полностью достигла результатов 2007 года, а в чем-то и превзошла
их.
— Что вы можете сказать об основных тенденциях развития
мирового станкостроения, которые особенно проявились на
ЕМО-2011?
— Об этом можно говорить до завтрашнего утра, поэтому я уделю
внимание только некоторым моментам. Сейчас важна даже не
собственно технология обработки, сколько задача сделать станок
как можно более эффективным: быстро работающим, точно
работающим, дешево работающим. В отрасли это сегодня — основное
направление развития, ключевая идея всех технологий. Это что
касается каждого отдельного станка — быстрее, точнее,
экономичнее. Но при этом мы видим огромный потенциал развития,
который лежит в самом производственном процессе, в самих
производственно-технологических циклах. Ведь производство
сегодня состоит из большого интегрированного набора станков,
технологий, взаимосвязанных процессо. Собственно, поэтому девиз
ЕМО — «Станки и более того». То есть, в центре нашего внимания
сегодня не только станок, но и весь производственный процесс —
его улучшение, повышение его эффективности. Это содержит
колоссальный потенциал для развития в будущем.
Еще одна колоссальная тема для станкостроения – конечно же,
энергосбережение, потому что любое оборудование потребляет
огромное количество энергии. Поэтому идеология энергосбережения
и энергоэффективности сегодня закладывается уже на уровне
концепции любого нового станка с тем, чтобы он потреблял ровно
столько энергии, сколько надо. И технологически сконструировать
так процессы, чтобы минимизировать любые энергетические затраты.
На самом деле это новый подход, который здесь на ЕМО мы
почувствовали практически в каждом экспонате. Ведь раньше
включался станок и машина тратила столько энергии, сколько она
тратила. И все говорили: значит, так надо. А теперь подключаются
приборы, которые мониторят все процессы, фиксируя расходы
энергии в каждом отдельном моменте и анализируя, где
энергозатраты действительно необходимы, а где энергия тратится
попусту. И это приводит к новым идеям по сокращению потребления
энергии.
Разумеется, параллельно идут процессы оптимизации материалов.
Какие материалы я перерабатываю, какие сплавы для каких целей
лучше использовать. Где мне нужно резать, а где - прессовать. И
здесь надо отметить, что традиционное станкостроение, которое в
Германии очень хорошо развито, сталкивается с определенными
новыми вызовами. Потому что сейчас нужно не просто создавать
станок, но и выстраивать полноценную цепочку с учетом всех
современных требований. Однако, одновременно с новыми задачами
открываются и новые перспективы. В том числе, в плоскости
взаимоотношений между продавцами и покупателями, которая
становится все инетереснее.
— Можно подробнее об этих отношениях?
— Сейчас связь между станкостроителями и потребителями станков
стала очень тесной. Раньше станки производили, выводили на рынок
и продавали, все дальнейшее ложилось на покупателя. Сейчас же
производитель станков для своих покупателей становится
постоянным консалтинговым и сервисным центром. То есть, он
должен не только вникать в технологию своего станка, но и
понимать философию и технологию тех производств, где его станок
будет использоваться. И он должен предложить покупателю всю
грамотно выстроенную цепочку станков и технологий. Этот критерий
с каждым годом становится все более важным, а потенциальный
потребитель — все более требовательным. Ему нужны эффективные
многопрофильные обрабатывающие центры, а не просто станки на
одну-две операции.
— То есть, станочные парки в принципе меняются?
— Можно сказать и так. Многопрофильные машины были на рынке
всегда, но сегодня они практически вытесняют оборудование одной
операции. Современная универсальная машина за один зажим детали
должна делать целый ряд операций: и просверлить, и обработать, и
почистить. Универсальность и гибкость производственного
оборудование сегодня востребованы более, чем когда-либо. Поэтому
на первый план выходят многопрофильные универсальные станки.
— Для кого в первую очередь работает сегодня германское
станкостроение?
— Самым крупным конечным потребителем станков для
металлообработки является на сегодня мировая автомобильная
промышленность. Поэтому, наверное, не случайно все хвалят
немецкие автомобили: это не удивительно, потому что в Германии
исторически очень хорошо развиты металлообработка и
станкостроение. Конечно, японцы тоже утверждают, что их
автомобили хороши потому, что у них в стране очень сильное
станкостроение. Это действительно так: японцы двигаются за нами
след в след, преследуют нас по пятам.
Вторым крупнейшим потребителем является авиационная
промышленность. Если вы следите за прессой, то знаете, какие
гигантские заказы получили в последние месяцы европейский Airbus
и американский Boeing. Но чтобы эти заказы выполнять точно и в
срок, нужно новое современное оборудование. И на ЕМО традиционно
представляется самые инновационные станки, новейшие технологии.
— В чем секрет успеха германского станкостроения?
— Чем сильна станкостроительная отрасль в Германии? Тем, что ее
основу составляют средние предприятия. Они очень гибкие,
подвижные, они активны на рынке, потому что им каждый день нужно
зарабатывать деньги. И поэтому предприятия крайне заинтересованы
в новых технологиях, а уже как именно их найти - это дело каждой
отдельной фирмы. Они сами вырабатывают тысячу идей и, конечно,
бдительно следят за новинками, которые появляются в мире. При
этом каждое предприятие только само может определить, что именно
ему надо, на что оно готово потратить свои деньги, чтобы стать
еще более конкурентоспособным.
Хочу подчеркнуть, что мы очень тесно работаем с
научно-исследовательскими институтами, университетами, которые
занимаются разработкой новых технологий. Ассоциация знает
потребности наших фирм и размещает в этих центрах технологий
заказы на разработки, результаты которых становятся общим
достоянием всех членов нашей ассоциации. Должен сказать, что мы
очень выигрываем от этого сотрудничества. Более того: могу
сказать, что вся немецкая станкостроительная промышленность на
протяжении многих лет постоянно выигрывает в том числе за счет
непрерывных поисков новых решений и реализации программ по
разработке новых технологий.
— То есть, получается, что вы активно участвуете в трансфере
технологий?
— Безусловно, участвуем, хотя трансфер технологии — это особая
тема. При этом надо понимать, что система на практике не всегда
функционирует так, как нам этого хотелось бы. И в Германии тоже
случается, что технологии разрабатывают, а в производство они не
всегда внедряются. Причем, не обязательно, что немецкие
технологии, разработанные где-то в соседнем городе, обязательно
внедряются на предприятиях Германии. Часто у нас создаются
прекрасные технологии, а внедряются они в Америке или в Японии.
Это же свободный рынок, а результат зачастую зависит от
агрессивности каждой отдельной фирмы. То есть, если я хочу и
готов на это потратить деньги, я беру инициативу в свои руки.
Меня никто не ограничивает в работе с российской, немецкой и
любой другой технологией.
— Есть стереотип, что передовые технологические позиции —
удел ведущих мировых корпораций….
— Размер не всегда имеет значение. Есть масса примеров, которые
встречаются и на ЕМО, когда маленькая фирма, находясь в какой-то
небольшой деревушке в Германии, отвечающая за одну конкретную
тему, поставляет свою продукцию и технологию всему миру и
является чуть ли не глобальным монополистом в этой отрасли.
Таких примеров много. Опять же: все зависит от предпринимателя.
Это свободный рынок, кто спит, тот выпадает „из игры“.
— Давайте помечтаем, какой будет следующая ЕМО-2013 (16-21
сентября), что бы вам хотелось увидеть?
— Минимум такая же хорошая, как и эта. При этом мы всегда видим
возможности для того, чтобы улучшить сервис для наших
экспонентов и посетителей. Они должны чувствовать себя
комфортно. При этом хочу заметить: у нас нет цели сделать ЕМО
еще более масштабной. Она уже сегодня такая большая, что размеры
не имеют значения. Важны ведь не общие параметры, а
предоставление возможности в комплексе увидеть отраслевые
технологические новинки и новые решения. Мы, конечно, должны
также, как и в этом году, сделать все для того, чтобы и
участники, и посетители получали на ЕМО столько информации,
сколько им нужно. Конечно, будут интересные деловые конгрессы.
Ведь у нас очень многие решения по тематике конкретных
направлений принимаются с подачи экспонентов и потребителей. То
есть, они приходят к нам с идеями и говорят: нам нужна вот
такая-то технология, или у нас развивается новое направление,
для этого нам нужные новые станки и новое направление на ЕМО.
Так, например, в этом году на ЕМО активно обсуждалась тема
титана для авиационной промышленности. Эта тема будет явно
актуальной и через два года.
— Я бы, конечно, хотел спросить про Россию. Какие прогнозы и
по каким направлениям предполагается развивать сотрудничество?
— Россия — удивительно богатая страна и у нее огромный потенциал
развития. Сегодня ваша страна очевидно находится на подъема.
Если эти тенденции сохранятся и экономика России будет
развиваться, то Россия, конечно, снова станет одним из ведущих
игроков мирового промышленного клуба.
Россия многое сделала в области высоких технологий. Ведь есть
примеры, где Россия действительно достигла больших успехов и
таких примеров много. Достаточно вспомнить про ее космические
достижения, ведь в этой области страна остается номером один в
мире. Значит, при желании можно ожидать рекордов и на других
направлениях. Остается только пожелать ей успехов в работе на
этом направлении. Нужно только сначала сориентироваться,
посмотреть, найти для себя место, а потом — применить терпение,
мозги, желание работать и добиваться результата.
Конечно, для того, чтобы делать серьезные экономические
прогнозы, у меня недостаточно информации. И я не беру на себя
смелости представлять развитие российского рынка
металлообработки и российского станкостроения как отрасли.
Потому что в принципе это развитие зависит прежде всего от самих
российских специалистов.
— Что в этой связи вы могли бы им посоветовать?
— Я бы порекомендовал каждому ходить с открытыми глазами по
выставке, внимательно изучать стенды, спрашивая себя: а в чем
наши преимущества? Где и как мы можем включиться в международное
разделение труда. В России, например, было в свое время очень
сильное прессовое оборудование. Страна вложила в развитие
разного типа прессов гигантские средства. Думаю, что имея такой
опыт, можно снова поднимать это направление и активно
содействовать его развитию. Разумеется, есть и другие точки
потенциального роста, о которых мы, возможно, даже не
подозреваем.
Беседовал Валерий Стольников
